Что случилось с экономикой за неделю 25 июня — 1 июля? Специальный доклад только для подписчиков «Спутника и Погрома»
10 минут чтения
Оглавление, 4 раздела
В этом выпуске: Улюкаев ищет дно; Собянин снова идет войной на ларьки; коммунальные услуги дорожают; фьючерсы на Brent вернулись к $50 за баррель; Путин продлил контрсанкции.
Росстат представил данные за май
Росстат представил майские данные о состоянии экономики. В сравнении с маем 2015 года оборот розничной торговли сократился на 6,7%, при этом реальные цифры располагаемых доходов упали на 5,7%, а реальные зарплаты снизились на 1%. В переводе с языка цифр на русский, экономику продолжает тянуть вниз сжатие внутреннего спроса. Спад ВВП будет продолжаться и дальше — до тех пор, пока правительство не пойдет на кардинальную смену экономической политики и не выполнит программу, которая бы состояла из следующих пунктов:
— Отмена контрсанкций;
— Приватизация с целью снизить долю госсектора с двух третей ВВП до одной трети;
— Сокращение расходов на армию, правоохранительные структуры и госкомпании (прирост расходов по этим статьям федерального бюджета за 2008–2014 годы составил 5,5 трлн руб.);
— Отказ от фискальной централизации и передача части налогов на региональный уровень, чтобы увеличить число регионов-доноров, которым не придется стоять перед федеральным Минфином с протянутой рукой;
— Отказ от конфронтации с Западом с тем, чтобы российские компании смогли вернуться на международный рынок капитала.
Пока ни одна из этих мер не реализована, а потому экономика и дальше будет балансировать между спадом и стагнацией, не находя дна, которое так тщетно пытается отыскать глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев. На прошедшем недавно Петербургском экономическом форуме он вновь заявил, что экономика достигла дна и что совсем скоро начнется рост. За Улюкаева уже неловко — про дно он говорит раз в две недели.
Собянин анонсировал снос более 100 павильонов в Москве
Во вторник мэр Москвы Сергей Собянин объявил о новом раунде сноса торговых павильонов. На заседании президиума городского правительства он озвучил план ликвидации 107 строений общей площадью 31 тыс. кв. м. Их снос станет продолжением кампании по ликвидации ларьков, начатой в феврале — тогда с землей сровняли 104 сооружения. Мэрия радела за архитектурный облик Москвы. Так, градоначальник Сергей Собянин в своем твиттере в феврале написал, что снос палаток — это шаг на пути к тому, чтобы вернуть Москву — ее скверы, пощади и улицы — москвичам. Мэр назвал тогда снесенные торговые павильоны незаконными, отметив при этом, что документы на их возведение были приобретены жульническим путем. Это, мягко говоря, не совсем так.
Большинство владельцев снесенных ларьков имели надлежащим образом оформленные документы. Об этом, в частности, свидетельствуют данные проверки 50 павильонов, которую в феврале провела общественная организация «Деловая Россия». Проверка показала, что права собственности по всем объектам были зарегистрированы, при этом владельцы 27 из них имели на руках уже вступившие в силу решения суда об отсутствии самостроя.
Примечательно, что в некоторых случаях разбирательство дошло до Верховного Суда. Одно из таких дел касалось законности павильона на улице Народного Ополчения (метро «Октябрьское поле»), находившегося в собственности ООО «ТДКМ»: высшая судебная инстанция России признала, что объект не является самостроем. С точно таким же результатом закончились слушания о легальности комплекса «Пассаж Альбатрос», расположенного у метро «Щелковское». В обоих случаях решения суда основывались на результатах экспертизы, показавших, что торговые объекты не угрожают жизни и здоровью граждан.
Итогами этих разбирательств мэрия пренебрегла. Там полагают, что ликвидация ларьков соответствует новой редакции ст. 222 Гражданского кодекса, один из пунктов которой предоставляет властям города право в административном порядке сносить здания, признанные самостроем. Представители малого бизнеса, в свою очередь, упирают на то, что любые мероприятия по ликвидации объектов должны проводиться только при наличии соответствующих постановлений суда, а также сопровождаться денежной компенсацией их владельцам. Однако, как видно на примере «Ночи длинных ковшей», случившейся с 8 на 9 февраля, суд мэрии не указ. Равно как и интересы налогоплательщиков: вместо того, чтобы в условиях кризиса облегчить административное давление на бизнес, городские власти сносят его при помощи экскаваторов. И нынешнее уничтожение ларьков — не единственный тому пример.
Стоит отметить, что кампания по сносу по сути идет с тех пор, как Собянин стал мэром Москвы. С 2010 по 2014 год численность ларьков сократилась в три раза — с 22,5 до 7 тыс. Снижается и количество рабочих мест в сфере малого бизнеса: за первые три квартала 2015 года оно упало на 1,8% (37,7 тыс. человек) в сравнении с аналогичным периодом 2014 года. Учитывая февральские события вкупе с анонсированным в июне сносом ларьков, можно с уверенностью ожидать, что статистика по 2016 году окажется еще менее радужной.
Региональные власти подняли тарифы на ЖКУ
В первый день июля в ряде российских регионов были повышены тарифы на ЖКУ. Так, в Москве расценки на отопление выросли на 8,1%, на холодную воду и водоотведение — на 7%, на горячее водоснабжение — на 7,8%, на электроэнергию — на 7–15% (в зависимости от времени потребления), на газ — на 2%. Кроме того, увеличилась плата на содержание и ремонт жилых помещений: для бездотационных площадей она стала больше на 4%, а для дотируемого жилья — на 15%.
Здесь стоит напомнить, что в январе столичные власти прибегли также к повышению тарифов за проезд на общественном транспорте — их средний рост составил 6,9%. Так, проезд в метро по карте «Тройка» подорожал с 30 до 32 руб., а в наземном транспорте — с 28 до 31 руб. При этом стоимость билета «Единый» на 20 поездок выросла с 580 до 650 руб., а на 60 поездок — с 1400 до 1570 руб. Наконец, цена билета «90 минут» на 60 поездок была увеличена с 2100 до 2400 руб.
Здесь стоит напомнить, что в условиях кризиса многие граждане пытаются сократить необязательные расходы. Траты на ЖКУ и общественный транспорт к таким расходам, очевидно, отнести нельзя — без них не может прожить ни одна семья. Именно поэтому повышать тарифы в кризис нужно с осторожностью.
Здесь характерен опыт кризиса-1998: после дефолта правительство в лице Федеральной энергетической комиссии на два года заморозило тарифы естественных монополий. Помехой этому шагу не стал даже взрывной рост инфляции, под влиянием трехкратной девальвации рубля достигшей аж 84,5% (в 1997-м — 11%). Замораживание тарифов в немалой степени помогло экономике, которая уже в 1999 году вернулась на траекторию роста — прирост ВВП тогда составил 6,4%.
Впрочем, даже если бы сегодня и не было никакого кризиса, повышение тарифов все равно было бы сомнительной мерой. В первую очередь потому, что их прирост вносит серьезный вклад в инфляцию. Это со всей наглядностью показал 2012 год — тогда из-за президентских выборов повышение тарифов ЖКХ было отодвинуто с января на 1 июля (как и в нынешнем году): в результате инфляция за первое полугодие составила лишь 3%, достигнув тем самым минимального за всю постсоветскую историю уровня.
С другой стороны, ЖКХ и общественный транспорт — это отрасли с низкой производительностью труда и высокой коррупцией; добиться большей прибыльности в этих секторах можно не путем ежегодной накрутки тарифов, а за счет аудита и сокращения издержек. Не то чтобы указанные сектора жили на голодном пайке: так, за период между 2007 и 2013 годом выручка московского метро увеличилась с 30 до 70 млрд руб.
К сожалению, получить данные за более поздний срок невозможно: после того, как в 2011 году столичную подземку возглавил Иван Беседин (в 2014-м его сменил Дмитрий Пегов), экономические показатели работы метрополитена были убраны из открытого доступа. Столь же непрозрачным остается и сектор ЖКХ, который сотрясают коррупционные скандалы: согласно данным расследования депутата районного совета Тропарево-Никулино Владимира Гарначука, из столичной казны на оплату работы одного дворника ежемесячно выделяется 54 тыс. рублей, но по назначению используются лишь 18 тыс.
В общем, повышать тарифы в кризис — плохая идея. Ее внедрению должен предшествовать тщательный аудит издержек на общественном транспорте и в ЖКХ. Но в таком аудите не заинтересованы представители инфраструктурных монополий, которым закрытость этих секторов позволяет получать огромные прибыли.
Фьючерсы на Brent вернулись к $50 за баррель
Утром в четверг котировки августовских фьючерсов на марку Brent на лондонской бирже ICE Futures достигли $50,00 за баррель. Поводом к росту котировок стали данные о коммерческих запасах нефти на американском рынке: по данным Американского агентства по энергетической информации, коммерческие запасы нефти в США за предшествующую неделю сократились на 4,05 млн баррелей. Этот показатель снижается уже шестую неделю подряд — самый продолжительный период более чем за год.
Несмотря на кратковременное повышение нефтяных котировок, целый ряд факторов указывает на то, что мир вступил в эпоху низких нефтяных цен.
В первую очередь, это повышение энергоэффективности мировой экономики. Наглядный пример тому — Соединенные Штаты: в период с 1978 по 2013 год реальный ВВП США, выраженный в долларах 2009 года, вырос в два с половиной раза (с $6,4 трлн до $15,8 трлн), тогда как среднедневное потребление нефти осталось практически неизменным — 18,85 млн баррелей в 1978 году против 18,96 млн баррелей в 2013 году (данные Американского агентства энергетической информации). Не отстает от Америки и Китай, занимающий второе место в мире по объему потребления энергетических ресурсов (13,9% против 20,5% у США в 2013 году): если в 1980 году для производства 1 доллара ВВП КНР требовалось использовать 79,9 тыс. британских тепловых единиц (BTU), то в 2010 году — более чем в 3 раза меньше (24,7 тыс. BTU).
Во-вторых, это замедление темпов экономического роста в Китае. В 2014 году ВВП КНР вырос лишь на 6,9%, что стало самым низким значением с 1990 года. Согласно прогнозу МВФ, в 2016 году темпы роста ВВП сократятся до 6,3%. Это, в свою очередь, отразится на динамике прироста потребления энергоресурсов. По прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), при этом в 2016–2020 годах среднегодовые темпы прироста потребления нефти в КНР будут эквивалентны 2,6% — это почти в два раза ниже, чем в 2006–2015 годах.
В-третьих, это удешевление стоимости добычи сланцевой нефти в США. Рентабельность извлечения последней в значительной мере определяется динамикой нефтяных цен: многие американские компании вынуждены были свернуть добычу после снижения нефтяных котировок; свидетельство тому — данные сервисной компании Baker Hughes, согласно которым за период между 26 июня 2015 года и 24 июня 2016 года количество работающих буровых установок сократилось в США более чем наполовину — с 859 до 421. Вместе с тем стоимость добычи сланцевой нефти продолжает снижаться: так, по оценкам министерства природных ресурсов Северной Дакоты, в округе Данн цена добычи барреля сланцевой нефти в августе 2015 опустилась до $24 (в октябре 2014 года она составляла $29).
В-четвертых, это ужесточение монетарной политики со стороны Федеральной резервной системы США. За прошедшие полтора года понижающее давление на котировки дала остановка программ количественного смягчения, о которой ФРС объявила в октябре 2014 года, а также повышение базовой ставки с 0,25% до 0,5%, произошедшее в минувшем декабре. В прошлом и позапрошлом году ВВП США вырос на 2,4%, в связи с чем сложно ожидать, что Федрезерв в ближайшее время вернется к политике низких ставок, стимулировавшей рост котировок на протяжении нескольких лет.
В-пятых, это снижение доли нефти в потреблении первичных энергоносителей — с 48% в 1973 году до 33% в 2011 году; по расчетам компании ВР, к 2030 году этот показатель уменьшится до 28%. В основе этого сокращения лежит замена нефти другими источниками энергии, причем в разных секторах экономики это происходит с разной скоростью: по оценке BP, в электроэнергетике доля нефти между 1973 и 2011 годом упала с 22% до 4%, а к 2030 году она снизится до 2%; в транспорте же она снизится с 94% в 2011 году до 89% в 2030 году.
Так что эпоха сверхвысоких цен на нефть — уже позади, как бы ни печально было от этого российскому правительству.
о том как подписаться за 5 минут не выходя из дома.